Я каждое лето езжу отдыхать в Башкирию, в Белорецкий район. Несмотря на то, что расстояние до конечного пункта моего «вояжа» не такое уж и большое – порядка 350 км, места там на порядок отличаются от тех, которыми мы привыкли любоваться здесь, под Челябинском. В сравнении с тамошними горами, скалами, горными речками даже наш знаменитый Таганай смотрится более чем скромно.

Естественно, каждый год перед тем как отправиться в путь, я провожу самую тщательную ревизию своего рыбацкого «хозяйства» – с тем, чтобы удивить привередливую башкирскую рыбу (и своих, как правило, скептически относящихся к разного рода новинкам знакомых рыбаков из числа аборигенов). Года четыре назад я впервые опробовал там новый стеклопластиковый спиннинг и японскую катушку «аж с пятью подшипниками». Мои деревенские братья, помнится, ухмылялись, глядя на столь «несерьезную» снасть. В их понимании «добрый спиннинг» – это внушительная и по весу и по внешнему виду палка-железяка, которую и крокодил не заставит согнуться. Плюс – такая же «надежная» катушка-инерционка. Но их сомнения длились недолго, и заканчивал я тот отпуск полным триумфатором. Мой гибкий спиннинг позволял брать рыбу даже при слабых боковых ударах. Сходов было намного меньше, чем у коллег, вооруженных «дрынами». Подобное же фиаско потерпели они и позже, когда я привез маленькие блесенки-вертушки – «двоечки» и «троечки» с ярким опушением и пластиковыми кембриками. Антон, двоюродный брат, сказал за ужином, что на такую «шелуху» рыба из реки Белая даже смотреть не будет. Я, полюбовавшись его «блямбой», сделанной из столовой ложки и подкопченной над огнем, спорить не стал… А на другой день уже щедро делился с Антоном бальцеровскими, конгеровскими и мепсовскими «малявками». Щука на них не то, что соизволяла смотреть, она хватала их жадно, игнорируя деревенский «самопал» напрочь. Соблазнили эти блесны и нескольких весьма недурных окуней и голавлей.

Но, как говорится, и на старуху бывает проруха… В прошлом году (признаюсь, с некоторым отставанием от прогрессивных рыболовных кругов) я открыл для себя леску-плетенку. Шикарная штука, нечего сказать! В самом счастливом предвкушении я отбыл в башкирские края, надеясь произвести там очередной фурор. 

Братья встретили меня уже без ухмылок. Леска понравилась Антону, он даже пробовал подвешивать на нее 16-килограммовую гирю, и плетенка выдержала вес без возражений. Безоговорочно уверовав в прочность новинки, я даже не стал дополнять леску стальным поводком – и это, как потом оказалось, явилось непростительной ошибкой.

Июль в Башкирии выдался сухим и жарким. Белая порядком обмелела. Многие знакомые по прежнему опыту омуты совершенно «не работали». Только в предрассветное время удавалось зацепить щуренка-другого. Остальное время приходилось уныло и безрезультатно ходить по реке – «полоскать снасти». «Крупняк» отказывался брать категорически. В подобном минорном настроении я как-то вышел на длинный и мелкий (глубиной не больше 40 см) плес. По соседству методично «вжикали» косы. Пачка сигарет «с фильтром» разговорит любого измученного комарами, жарой и тяжелым трудом сельчанина, и один из парней-покосников поведал мне, что внизу плеса, у кустов «стоит здоро-о-овая щука, зверюга, рвет все».

Новость вселила в меня энтузиазм, и после перекура, любезно отказавшись от предложения продегустировать некое ликеро-водочное изделие местного производства, я сразу направился туда, где плес плавно переходил в широкий перекат. С десяток проводок (у дна и «по воде», по течению и против) не обнаружили никаких признаков речной жизни. А потом…

Щука появилась внезапно. Где она стояла и почему не схватила блесну сразу – я не знаю. Я только помню, как рыбина – большая, невероятно большая – схватила тройник, изогнулась всем телом, показав огромное темно-желтое брюхо, ударила хвостом по воде. Леска натянулась, спиннинг изогнулся и уже более напоминал колесо. Щука, на мгновенье ослабив напряжение, еще раз перевернулась, и вдруг моя хваленая плетенка повисла безжизненно и сиротливо. Течение понесло ее вниз, а я провожал ее взглядом, даже не выбирая из воды. Руки ходили ходуном. Наконец, я намотал леску на катушку. Двойная петля, соединявшая плетенку с блесной, была срезана чисто – как дамасским клинком.

…Надеюсь, теперь вы понимаете, почему с тех пор на моем спиннинге обязательно есть надежный поводок? И, как вы думаете, куда я первым делом отправлюсь этим летом, когда прибуду в края, где щуки столь неуважительно относятся к достижениям мировой рыболовной индустрии?   

Олег Лабастов